Прага

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Прага » Замок Астерия » Камеры


Камеры

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Камеры для узников замка устроены в одном из подземелий, куда ведёт единственная потайная винтовая лестница. Камеры расположены друг напротив друга и разделены широким освещённым коридором. Других источников света нет. Высокие сводчатые потолки, толстые выложенные старинным кирпичом стены, каменный пол. В любое время года здесь умерено прохладно, но сухо. Одну из стен каждой камеры заменяет крепкая стальная решётка с толстыми прутьями и запором. Мебели нет, из всех удобств – матрас на полу. За камерами установлено круглосуточное видеонаблюдение.
В одном конце длинного коридора – запертая стальная дверь, за которой дежурит пара вооружённых охранников, они же наблюдают за мониторами. В другом конце коридора – закуток без двери, где устроен толчок.

0

2

Бар Баккара---

Карстен открыл глаза с трудом - тело было ватным и не слушалось, словно он переспал. Моргнул пару раз, испытывая острый приступ паники, который сразу же прошел, оставив ладони влажными. Перед глазами темно просто потому что у него на голове мешок. От выброса адреналина сердце забилось быстрее, прогоняя сонную одурь. Успокоил дыхание, дыша медленно и вдумчиво - как учил сенсей на тренировках джиу-джицу. И только когда темп стал ровным, а пульс перестал стучать в ушах, попробовал пошевелится и оценить свое состояние. Облизнул пересохшие губы - воздух через ткань проходил спертый и душный - лоб покрыла испарина. Так. Руки за спиной стянуты наручниками - очень неудобно, пальцы уже затекли. Он лежит на боку. Мужчина попробовал вытянуть ноги осторожно - щиколотки тоже перехватывали кольца кандалов. Развел в сторону - где-то полметра. Шагать можно. Кроме того на шее - тяжелая полоса метала, уже давно нагретого от его тепла. Покрутил головой, разминая шею и чувствуя как тесно сидит ошейник. Те, кто его похитил, очевидно перестраховались от всего. Кроме того, голова все еще оставалась слегка мутной и скинуть сонное оцепенение не получалось до конца.  Значит еще и какой-то наркотик вкололи или снотворное.
Тут в голову пришла мысль, заставившая подскочить на тонком тюфяке, садясь, а потом и вскакивая на занемевшие ноги. Зашипел сквозь зубы, от покалывания, когда кровь стала приливать к конечностям. Элеонора! Что они сделали с сестрой? Последнее что он помнил - это как мнимый агент схватил ее, а потом ничего. Scheisse! Мужчина сделал первый шаг - неуверенный и семенящий из-за цепи между щиколотками. Еще один и еще.Уперся в стену, развернулся, чтобы касаться ее связанными руками - таким образом прошел по периметру - 3 каменный стены, на ощупь кирпич и решетка. Прошел вперед, выставив вперед плечо - ногами прошелся по мягкому - тюфяк. Больше ничего в камере не было - ни стандартного для тюрем унитаза, ни намека на какую-то мебель. Прислонился спиной к стене, чувствуя идущей от нее холод - было несколько зябко. Слышно было только собственное дыхание. Карстен зажмурился, крикнув негромко, понимая бесполезность этого действия.
-Эй! Есть кто-нибудь?- голос прозвучал сухо и хрипло. Снова облизнул губы - хотелось пить. Думать о то, что могло стать с сестрой - сейчас самое бесполезное занятие. Но мысли одна ужасней другой приходили непрошено. Мужчина снова прошелся по периметру, медленно и неуклюже.  Когда у тебя много денег, то ты должен быть готов к тому что тебя могут похитить ради выкупа. Поэтому и Карстен, и Элеонора проходили курс  поведения при такой ситуации - с опытным инструктором, бывшим бойцом отряда по борьбе с терроризмом и дипломированном психологом. Но сейчас, когда беспокойство за сестру, вытеснило все остальные страхи и переживания, его советы казались такими бесполезными. Главное - сохранять спокойствие. Они нужны живыми, по крайне мере пока не выдвинуты требования. Значит сестра жива, только в другой камере. Да. Так оно и есть. Проходя мимо решетки, Карстен пару раз навалился плечом на нее - напрасное занятие.
- Э-эй!- еще раз попробовал подать голос. Прислушался - мертвая тишина.
Вернулся, неуклюже встав на колени на тюфяк, потом развернувшись и сев - руки неприятно сводило. Перед внутренним взглядом он пытался построить куски воспоминаний в единую цепь. Сейчас все выглядело по-другому. Два лже-агента - один остался в зале, другой - ушел. ПОсле этого пожар - значит виноват тот, что ушел. Чтобы заставить людей уйти. Бьорн! Закусил губу. И Алекс на улице. Мертвы? Скрипнул зубами - кто мог предположить что его жизни и жизни Элеоноры угрожает опасность в центре Праги днем! Не в закоулках гетто, а в центре, напротив гостиницы. Значит там должны быть камеры, полиция...Что же никого нет...Может быть они сейчас с Элеонорой? Вздохнул, прикрыл глаза, считая вдохи и выдохи, как учили. Гадать - бессмысленно. Надо только ждать. Капля пота скатилась по виску - жарко. Минуты тянулись слизняками, оставляя на душе все больший налет тревоги. Мужчина сжал и разжал покалывающие пальцы в кулак, усилием воли возвращаясь к счету и пытаясь не о чем не думать, кроме цифр. Безликих, бесчувственных, постоянных.
"Один, два, три....сто двадцать девять... триста пятьдесят пять... семьсот пятнадцать...."

Отредактировано Карстен Шварценберг (24-11-2011 11:16:09)

+1

3

ООС: Охрана и слуги замка.
Одеты: форменные крутки и штаны цвета хаки военного образца, ботинки, головы и лица полностью скрыты масками. Вооружены Beretta MX4, армейские ножи, шокеры, пульты управления электрическим ошейником пленника.

Неподвижный взгляд в прорезях маски чуть ожил, когда зазвучали  аккорды вальса.
- Пора.
Глухой тихий голос старшего охранника услышали только двое его подчиненных.
Снялись с места, почти синхронно развернувшись, и шагая вдоль коридора в подвал замка.
Массивные фигуры охранников двигались бесшумно. Разговаривать между собой не было необходимости.  Они знали последовательность своих действий и повторяли ее бессчетное количество раз.
Сейчас работа. Расслабиться и отдохнуть можно будет только тогда, когда замок покинут гости.
Пленник сидел в неудобной позе на своем топчане. Мешок на голове, ошейник, руки за спиной, кандалы на запястьях и лодыжках – обычная картина.
Карие глаза в прорезях маски прищурились, оценивая состояние пленника.
Рослый мужчина, полкубика снотворного исчерпали свое действие.
Все рассчитано правильно.
Старший охранник подошел к пленнику и  отработанным движением  достал из кармана капсулу шприц, воткнул в плечо, ввел содержимое в мышцу.
Стимулятор, смешанный с афродизиачной вытяжкой тропического растения, завозимого в Европу нелегально.
Скоро пленнику очень понравится все, что его окружает. Гнев и страх на лице сменятся улыбкой, кожу приласкает невидимое тепло и внизу живота разольется пульсирующее желание.
Сколько их тут побывало? Десятки людей всех социальных слоев общества от бомжа до аристократа. Этот, похоже, как раз из последних.
Мешок с головы пленника сорвали. Крепкая рука удержала плечи, пресекая возможную попытку вскочить. Ему же хуже будет. От резкого движения голова может закружиться.
Охранник  пристально глядел в лицо светловолосого мужчины, изучал реакцию зрачков, затем кивнул одному из сопровождающих.
Подчиненный  надел на глаза пленника  широкую черную повязку, завязал, проверил насколько плотно сидит ткань, поправил ошейник, нашел металлическую петлю на нем и прикрепил прочную цепь, такую же как на ножных кандалах.
Конец цепи передал  старшему охраннику.
Затем двое подхватили  пленника под руки - старший шел впереди, подчиненные с пленником на шаг позади, без напряжения, легко тащили  высокого широкоплечего мужчину

>> Большой аукционный зал

Отредактировано Жребий (26-11-2011 21:01:54)

0

4

ООС: Кожевник (организатор аукциона) и охранники

Минувшей ночью Кожевник распорядился привести жертву в порядок и дать ей отдохнуть до полуночи следующего дня. Откуда привезли парня, организатор торгов не имел понятия, он мог лишь догадываться, почему тот выглядит и пахнет так, будто его держали в хлеву.
Люди магистра вывезли Смоляка за пределы Бероны затемно, предварительно вколов ему снотворное. Всю дорогу пленник мирно проспал с мешком на голове. Когда его доставили в замок, никаких личных вещей, за исключением грязной одежды, при нём уже не было. Ни документов, ни денег, ни телефона. Ничего. Опознать мальчишку Кожевнику не удалось. Расспрашивать его сопровождающих было излишним. Сообщений о пропаже молодого человека в новостях не появлялось. Либо полиция и родственники не хватились ещё, либо проблема была решена заранее.
Самого организатора аукциона всё это мало волновало. Ему необходимо было позаботиться лишь о том, чтобы торги прошли без проблем.
Утром магистр уведомил его, что приглашения высланы членам клуба. К вечеру малый аукционный зал был готов к приёму гостей. Разгоревшееся в угловом камине пламя вытеснило из бывшего кабинета своим ароматным древесным жаром ночную ноябрьскую прохладу. Стол был убран, кресла расставлены в полутени вдоль стен. На каминной полке появился поднос с графинами и бокалами. Место в центре зала пока пустовало.
За час до аукциона Кожевник спустился по тайной винтовой лестнице в подземные камеры, где находился пленник. Охранники доложили, что он недавно проснулся. Распорядителю предстояло решить, как представить «главное блюдо» гостям.
Парня тщательно отмыли, когда он ещё спал, ушиби и синяки обработали. Одежду сожгли в кремационной печи, но взамен так ничего и не выдали, поэтому будущему лоту оставалось довольствоваться одеялом, брошенным на матрас у стены. Предосторожности ради руки ему связали за спиной, на шею надели электрический ошейник. Зато избавили от повязки на глазах, поэтому Кожевник и двое охранников появились в масках.

Отредактировано Жребий (29-02-2012 20:06:05)

0

5

Мазанка. Свинарник на хоздворе.

Последние, что отложилось в памяти после пробуждения, была грязная, пахнущая комбикормом рогожа, натянутая на голову, скрывшая рожи смеющихся охранников и болезненный укол в предплечье, после которого, разум повторно провалился в пустоту, но уже абсолютную, без картинок и мыслей.
Долгое пробуждение встретило тяжестью в голове, прохладой озноба, тянущей болезненностью и онемением в руках. Отяжелевшие веки открывались медленно, натужно, а глаза ни как не могли привыкнуть к переходу между светом и тенью. Первое во что уткнулся мутный, лишенный четкости взгляд, были продольные линии полос тряпичного матраса. Напрягая затекшие мышцы шеи, щурясь и моргая, Петр продлил линию взора. Пройдясь по ткани, она соскользнула с тюфяка и остановилась на каменных плитах пола и замерла.
Парень быстро до боли свел веки и открыл глаза, повторив движение взгляда. Старая кирпичная кладка и тяжелая массивная решетка во всю стену – это все, что увидеть лежа на боку и приподнимая голову. Потянув отекшие руки, он тихо застонал, почувствовав, как путы, стягивающие запястья врезаются в кожу. Повторив движение, Петр понял, что не может развести ладони. Крепкая веревка надежно удерживал руки за спиной, отек лишал чувствительности и возможности двигать суставами.
Не отойдя от потрясения и шока в свинарнике, парень боязливо и затравленно озирался, пытаясь сообразить, где он находится сейчас. Не чувствовалось тошнотворного запаха нечистот и испражнений. Пахло чем-то нейтральным, ближе к приятному и посторонние звуки отсутствовали. Касаясь подбородком груди и опуская вниз глаза, пленник оторопел, понимая причину холода. Полная нагота, связанные руки и каменный мешок пугали куда больше, чем омерзительная вонь и не струганные доски хлева. Страх и незащищенность, заставили сжаться в комок, подтягивая к лицу колени. Тело невольно забилось в ознобе, а душа в ощущении пустоты. Внутренний холод смешивался с ужасом затравленного животного, пойманного в силки, бессильного и бесправного, лишенного способности мыслить и Петр заплакал. Слезы текли сами, не подчиняясь воле, капли сползали по угловатым коленям, их впитывала грубая ткань подстилки; плечи вздрагивали, подергиваясь при всхлипываниях. Так хотелось стать маленьким мальчиком и оказаться дома, почувствовать заботливые руки или проснуться, чтобы этот кошмар закончился.
Но слезы закончились, обезвоженное тело и страх лишили последней возможности облегчения, а может, помогли, заставляя собраться мыслям. Нужно было что-то делать, хоть что-то, хоть немного и узнать, что его ждет и кто эти люди, что держат его взаперти. Вытерев нос о колено и, перевалившись на живот, парень напряг колени и попытался встать. Подъем получился с третьей попытки. Пошевелив затекшими плечами, он несколько раз нагнулся, разминая спину, потом напряженно присел, разгоняя кровь в ногах. Повторив упражнения несколько раз, Петр напрягся, сжал зубы и, скрючившись, сгибаясь, на сколько позволяли гибкие сочленения позвонков, протянул связанные за спиной кисти, корчась от боли. Когда они с трудом миновали ягодицы, парень присел, перешагивая скрученные путами запястья.
Маленькая победа, придавшая уверенность и возможность подхватить одеяло и прикрывая пах подойти к решетке. Можно было стукнуть по прутьям, позвать на помощь, но кого? Кто запер, для какой цели? Коридор пустовал. Вопрос повис воздухе, заставляя чувствовать себя беспомощным.
Вернувшись к матрасу, парень сел, кое-как прикрыв ноги. Оставалось ждать, глядя на дверь. Только чего? Неизвестность пугала.
В коридоре послышались шаги. Приближающиеся звуки заставили, напрячься всем телом и прижимаясь спиной к холодному камню кладки, не отрываясь смотреть на решетчатую стену, различая в приглушенном свете коридора трех человек в масках. Одного из тюремщиков прятал длинный черный плащ.
Затравленно глядя, как отпираются засовы, Петр молчал.

Отредактировано Петр Смоляк (01-03-2012 00:03:16)

0

6

Когда спустились в нижние помещения, повеяло холодом. Здесь были старые системы отопления. Кое-где даже сохранились печи в неплохом состоянии, но стоило ли  прогревать нижние ярусы ради одного единственного пленника, помещенного в камеру на несколько часов.
У Кожевника вырвалось облачко белого пара и он машинально передернул плечами, обтянутыми черным дорогим сукном смокинга. Оглянулся назад. Двое замковых охранников в черной форме спецназа, в масках, надвинутых на лицо. С шокерами дубинками и автоматами глянули вопросительно.
- Костюм… я забыл костюм?
Узкое лицо Кожевника, спрятано под маску и только  темные глаза лихорадочно блестят и узкие губы чуть нервно подергиваются.
Один из охранников лишь покачал головой и показал одежду в руках.
- А пульт от ошейника.
Оба охранника показали пульты.
- Хм… кажется, я забыл пульт от…
Один из охранников перебил его вежливо:
- Он у вас в правом кармане.
Кожевник более ничего не произнес и стремительным шагом пошел вперед.
- Уже обдолбался. И когда успел? – послышалось ворчание.
- Ничего, проветрится.
Охрана бесшумно поспешила следом.
Дверь камеры распахнулась.
- Цыпа, цыпа, цыпа…
Неподвижные глаза смотрели прямо на пленника. Контраст бледной кожи и черной маски в тусклом освещении  сделал кожевника похожим на вампира, но мягко скрыл небольшую особенность – расширившиеся почти  во всю радужку зрачки.
В висках стучало, чей-то голос над левым ухом вещал: «»Один, два, три, четыре, пять. Нет. Раз-два-три… раз-два-три…
Кожевник дернул головой, словно отмахнулся от голоса, не отрывая взгляда от пленника и вынув из кармана  пульт нажал на кнопку, активируя ошейник.
- Одеть его и влить божественный нектар в пошлую кровь.
Охранники вошли в камеру, кожевник брезгливо глянул на полированные ногти и скучливо вздохнул.
- Интересно, он будет хорош в корсете?

ОСС. На Кожевнике нет плаща. Смокинг, брюки, туфли и маска.

0

7

Под тихий щелчок затвора, пленник напряженно сглотнул, не отрывая взгляда от темных фигур в светлом проеме коридора. Стало нечем дышать, горло, словно слиплось, закрывая поток прохладного воздуха. Руки потянулись к шее, ища причину спазма и, нащупали выпуклый кольцо сомкнутое и крепкое, не плотно прилегающее, но дающее возможность сделать вдох.
В суматохе пробуждения и затравленного отчаяния, Петр не заметил ошейника. Пальцы поддели гладкую поверхность, оттягивая обод, пытаясь избавиться от удавки, но крепкий замок удерживал страшное и странное украшение.
Думать о его жутком предназначении не было ни времени, ни возможности, в камеру заходили тюремщики, те что владели секретом заточения, знали ответы на все вопросы и, возможно, итог.
«Ведь это не ради денег. Тогда бы оставили в том сарае, не мыли, не раздевали до гола и эта камера…. Да где же я? Кто эти люди? Что им нужно?». От напряженных мыслей и пугающей неизвестности, на висках проступили липкие капли пота, а глаза наполнились животным ужасом. Шевельнув ногами, Петр подтянул к груди колени, обхватывая их замкнутым веревкой кругом рук.
Трое крепких сильных мужчин и он, один связанный и обнаженный в полной безнадеге неизвестности. В тишине камеры прозвучал зов или издевательский призыв.
Омерзительно. Они завали его, как животное. Даже не животное, а цыпленка или птицу, попавшую в клетку. «Почему?! Снова задавать вопросы не получая ответов?» - казалось, что над ним издевались, затягивая момент и превращая  ожидание в кошмарный сон.
Разлепляя пересохшие губы, тихо, надрывно и глухо, Петр произнес, не узнавая собственного голоса утонувшего в высоких сводах казематов:
- Что вам нужно?
Вместо ответа жгучий болезненный импульс ударил в кадык, сжимая током мышечные волокна и заставляя корчиться от напряжения натянутой мускулатуры. Горло захрипело, издавая кряхтящие звуки:
- Кхх… хрр… кх…, - но он слышал то, что сказал другой мужчина, обмякая под спадающую волну разряда. Снова путаница мыслей: «Одеть? Нектар? Куда одеть? Что влить? Наркотики? Алкоголь? Что? Какой корсет?», - как молния промелькнула догадка: «Они что извращенцы? Садисты?..». Он конечно слышал о таких людях и читал о любителях получать удовольствие доставляя боль другим. Даже плюясь, что-то смотрел в Интернете, но ни когда не сталкивался с такими типами. Да, было пара статей о девушках попавших в сексуальное рабство и увезенных в закрытые бордели, но чтобы воровали парней… «А если это не все и будет хуже?».
Остаточное возбуждение рефлекторно передернуло мышцы. Петр невольно скривился не в силах сдержать отвращения к этим людям. Но что он мог сделать сейчас?
- Не надо наркотиков. Я аллергик. И корсета не нужно… дайте, какие ни будь штаны, - замечая ворох тряпья в руке одного из мужчин, парень тихо и уверенно добавил: - Я ведь не девушка.

Отредактировано Петр Смоляк (04-03-2012 00:05:34)

0

8

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


>> малый аукционный зал

Отредактировано Жребий (04-03-2012 18:50:02)

0

9

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Малый аукционный зал.
(оос:пока Жребий молчит, отпишусь тут)

0

10

» Окрестности » Крепость Гоуска

ООС: в замке никого, кроме охраны. События по времени не совпадают с аукционом с Петром Смоляком

Как в старом анекдоте. Пятьдесят на пятьдесят. Либо всё получится. Либо нет. В мыслях Чёрный склонялся к последнему, но почему-то он оставался абсолютно спокоен. Ходы были просчитаны, решения приняты заранее.
Он вспоминал недавний диалог. Снова и снова задавал себе вопрос – куда и зачем хотел уехать с ним Алекс? Скрываться всю жизнь? Знать, что твои родные и близкие мертвы по твоей вине? Штенберг готов был переносить всё это?
Если бы исчез он сам, что бы было с Рудольфом? Что было бы с клубом? Вацлав не мыслил себя вне «Круга», и он не знал, как это – уехать? Оставить всё? Фауст мог, он – нет.
Только один раз за всё время, что они ехали, Штенберг пошевелился. Чёрный взглянул на него. Алекс смотрел, но как будто не узнавал. Беззвучно шевельнул губами, пытаясь что-то сказать. В тёмно-синих глазах мелькнула знакомая усмешка.
Когда джип въехал на территорию Астерия, ливень иссяк до мелкой ледяной мороси. Стало неожиданно холодно. Предутренний туман клубился в низинах. Сумрачно чернели стволы притихших деревьев, листва тяжело поникла от сырости.
Ещё по пути Вацлав сделал короткий звонок охранникам замка, чтобы те встретили его. Поэтому когда джип затормозил в пяти метрах от парадной лестницы, четвёрка в непромокаемых ветровках отделилась от теней у массивных дверей и спустилась по ступеням им навстречу.
Граф вышел из машины. Бросил приказ доставать пленника. Водитель вылез следом за ним. Оба стояли и смотрели, как охранники вытаскивают Штенберга и как равнодушие на их лицах сменяется удивлением. Этого человека они уже видели, но совсем при иных обстоятельствах.
Вацлав отвернулся. Он обошёл авто, приближаясь к Михалу.
Выстрел почти в упор отбросил тело с дымящейся дырой во лбу на горячий капот.
Мясник опустил руку, кивнул на поддерживаемого с двух сторон Алекса.
- Этого в камеры. Вколоть снотворное. Я хочу, чтобы с него двадцать четыре часа в сутки не спускали глаз. Примите все необходимые меры. Потом вернётесь за телом.
Он остался стоять под дождём, у машины, следя за тем, как графа под прицелами автоматов волокут по лестнице. Дверь захлопнулась за конвоирами.
Чёрный достал сигареты. Вытряхнул одну из пачки, закурил, щурясь от летящих в глаза брызг. Когда окурок упал под ноги, нашёл в кармане телефон, набрал номер Душелова и сообщил, что охота отменяется. Фауст в Астерии и он будет продан с аукциона.
Вскоре после того пленник уже находился в подземельях. Охранники выполнили приказ. Ни у кого из них не возникло даже тени намерения поступить иначе. Не из страха, просто их не покупали за деньги. Томас собственноручно вколол снотворное, после чего велел снять ремни и заменить их широкими кандалами с цепями. На шее оказался электрический ошейник с маячком. Даже если пленнику удастся сбежать из камеры, далеко ему не уйти.

+1

11

крепость Гоуска >>

Последняя услуга Михала не пригодилась.
Маленькое черное пятнышко на лбу, затем капля темной крови и все закончилось.
Легкая смерть. Хоть немного, но радует.
Реальность все еще плыла перед глазами, кружила, взмывала вверх и опускалась вниз. И эти американские горки все никак не заканчивались. Черный сильно приложил его. Висок ныл, затылок ломило, тошнота накатывала волнами. Что-то оборвалось внутри. Что-то из того последнего удерживающего душу и разум от пустоты.
Знакомые лица охранников мелькали то с одной, то с другой стороны. Как в тумане проступали очертания стен, коридоров и лестниц.
Металлический лязг решетки, затхлый запах сырости ударил в ноздри и Фауста бросили на жесткое скудное ложе. Тот же самый врач, что недавно ставил ему обезболивающий укол и заклеивал пластырем царапину на руке, полученную на охоте за Шварценбергом, наклонился над телом и вколол снотворное. Прозрачная жидкость смешалась с кровью, вскоре  тело расслабилось, в ушах застучал внутренний метроном, начавший отсчитывать последние мгновения жизни.
Фауст почти благодарно улыбнулся и, как в омут, погрузился в глубокий крепкий сон.

Отредактировано Фауст (29-03-2012 17:27:48)

0

12

После той ночи тепло так и не вернулось. По утрам зима давала о себе знать цепкой наледью на лужах, дневной свет уже не был так ярок, а ночью ветер срывал листья с деревьев целыми охапками и с торопливой злостью швырял их на тротуар. Зима возвращалась в этот город, как истаскавшаяся шлюха со взглядом работника крематория. Для всех и ничья, страшная обглоданная равнодушием тварь смотрела в спину каждому прохожему, бредущему по древнему каменному лабиринту.
Несмотря на дождь, крепость Гоуска выгорела дотла. Сообщение о пожаре поступило слишком поздно. Когда через двое суток выяснилось, что хозяин замка пропал, полиция тщетно пыталась разыскать хоть что-то в груде углей. Всё, что они обнаружили, - потайная дверь и подземный коридор, но дожди напрочь размыли следы уехавшей машины. Поджог, самоубийство, трагическая случайность? Гадать об этом теперь можно было долго.
В ту же ночь, когда Штенберг был доставлен в Астерий, магистр сделал ещё один короткий звонок. Уже вечером на его столе в кабинете лежали все подложные документы, найденные в "Доме Фауста" до того, как стражи правопорядка нагрянули туда с официальным визитом. Документы были убраны в сейф, о существовании которого знал только Вацлав. Там же оказались ключи от катера, беретта, запасные обоймы и часы с Минотавром. Телефон Алекса утонул на дне Влтавы.
Время пролетело незаметно. Чёрный действовал механически. Когда он очнулся, то обнаружил, что стоит перед зеркалом в гостевых покоях замка на четвёртом этаже. Словно стряхнул с себя оцепенение. За окнами сгущалась темнота. Через час с лишним начнётся аукцион, и он будет вести торги. Приглашения разосланы, покупатели скоро прибудут.
Так что же он здесь стоит, так спокойно поправляя манжет сорочки? Почему он не сбежит вниз, не схватит Алекса, не затолкает в машину и не уедет с ним отсюда? Почему? Ведь ещё можно успеть…
Нет. Он усмехнулся своим мыслям. Надо было привести товар в надлежащий вид.
Чёрный спустился в подземелья и приказал двум охранникам проводить его к пленнику.
Те отперли засов, откатили решётку в сторону. Алекс спал на матрасе, укрывшись одеялом. Видимо, настояние врача.
Магистр опустился рядом на колено, с минуту он молча смотрел в лицо спящего, а потом сдвинул край покрывала, достал из кармана пульт и снял электрический ошейник, чтобы заменить его обычным, стальным, с длинной тяжёлой цепью. Щёлкнул автоматический затвор.
- Пора просыпаться, Алекс.
Знак вооружённым псам, стоящим позади, и те подняли мужчину на ноги, подхватив подмышками. Вацлав поднялся следом.

0

13

Прозрачная круглая капля росы покачивалась на длинном резном зеленом ложе. Лист качался размеренно, неспешно, словно убаюкивал. На дне капли резко-черченная впадина прожилок листа, увеличенных в несколько крат. Солнечный свет собрался на самой макушке, соединился в нестерпимый сверкающий луч и высверкивал, словно передавал привет наступающему дню. Капля медленно качнулась и устояла. Лист почти перестал качаться…. Убаюкал.
Алекс немного нагнулся и дунул. Роса ожила, заскользила к острому краю, свесилась с него, качнулась и упала вниз, навсегда исчезнув в траве, ярко сверкнула напоследок.
Самое лучшее время года, самое лучшее время суток.  Самое лучшее место на земле. Июньское раннее утро на опушке леса.
Во этом сне ему было 22 года. В руках спиннинг и ведро. В вере пакетики и баночки. Прикорм, блесны, крючки, мотыль.
Шагать через опушку всего метров сто, затем по тропинке через небольшой лесок и к озеру.
А там лодка и правильное место. И рыба клюет, только успевай подсекать.
Вода такая прозрачная, какой может быть только в лесном озере.
Еще нежарко, солнце ласково греет шею и плечи, лодка замерла, вода манит и притягивает, голова неспешно опускается на грудь и он засыпает в своем сне, наклоняется.
Лицо касается воды, что-то холодное на затылке властно давит и он ныряет в бесконечно глубокий омут.
В глубине не так, как на поверхности – темно-серые в цвет стали оттенки, черные тени, илистое зыбкое дно. Водоросли оплетают руки, свиваются узлом  на ногах, охватывают туловище и Алекс понимает, что не может дышать. А он дышал. Да, он дышал под водой, а сейчас не может. Плети жестких растений обвивают горло, он рвется вверх, беззвучный крик вырывается из груди, пальцы впиваются в плотные стебли, рвут их и тело рывком устремляется вверх. Он выныривает на поверхность, словно его выдернули…

…Его вздернули с кровати. Этот рывок как продолжение сна. И сразу же обрушивается реальность.
Каменные стены, ошейник, крепкие руки. В голове проясняется, он оглядывает тех, кто рядом и,  выдохнув из себя остатки сна, произносит охрипшим от долгого сна голосом:
- Господа, у меня к вам небольшая просьба. Не откажите в любезности, позвольте мне передвигаться самостоятельно. Как вы понимаете, попыток к бегству я предпринимать не стану, с правилами ознакомлен. И, если хозяину замка не пришло в голову переодеть меня в экзотический костюм или вовсе лишить одежды, то я готов последовать туда, куда укажут.
Он обращался к охране. Он знал их несмотря на то, что маски скрывали их лица. И они знали его. Он так часто доставлял сюда пойманных на охоте жертв, что в конце концов с некоторыми даже успели сложиться элементарные отношения – приветственный кивок, любезный щелчок зажигалки, короткие фраз о характеристиках жертвы. Однажды вовремя предупрежденный охранник избежал укуса пленника. Экземпляр имел бешеную волю к жизни и сопротивлялся до последнего.
Никто лучше Фауста не ориентировался в процедуре подготовки к торгам. Да и сами торги известны каждому члену клуба.
Когда-то Фауст принимал в них участие. Пару или тройку раз. Не более. Скучнейшее в мире занятие. На его вкус охота гораздо больше будоражила кровь.
Теперь он по другую сторону занавеса. Неизвестно изменится ли отношение охранников к нему.
На Черного он взглянул мельком, когда обращался к охранникам. Наклонил голову вправо-влево, чуть повел плечами и выпрямил спину, разминая затекшие во сне мышцы.
Более говорить было нечего. Фауст молча ждал.

гостевые покои на втором этаже

Отредактировано Фауст (03-04-2012 19:50:45)

0

14

Он кивнул, помедлив.
- Освободите ему ноги.
Охранники молча повиновались. Вацлав отступил, наблюдая за ними. На его лице не отражалось никаких эмоций, он точно не заметил, что Алекс смотрит мимо и обращается не к нему.
Когда кандалы упали на каменный пол, магистр попросил у одного из охранников нож. Прохладная рукоять легла в ладонь. Он шагнул к пленнику, оттянул ворот его свитера и полоснул острым лезвием сверху вниз. Та же участь постигла рукава. Лохмотья распоротой ткани сползли на матрас, обнажив бронзовый торс.
Взгляд ненадолго зацепился за бурый росчерк на предплечье, повыше локтя.
Чёрный задумался, пытаясь понять, будет ли этого достаточно. После недолгих колебаний он вернул нож владельцу.
- Следуйте за нами.
Чтобы видеть скованные руки лота, Мясник велел ему идти впереди.

» Гостевые покои на втором этаже

0


Вы здесь » Прага » Замок Астерия » Камеры