Прага

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Прага » Персонажи » Рудольф Либшер, член клуба


Рудольф Либшер, член клуба

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

1. Имя
Рудольф Либшер. Настоящая фамилия Чёрный. Прозвище  в клубе Синдбад-Мореход.

2. Возраст
34 года

3. Внешность
Тёмные брови и чёрные волосы на контрасте со светлыми глазами, нос с небольшой горбинкой, резкие скулы, жёсткая линия губ – таков портрет молодого аристократа и успешного бизнесмена. Высокий и стройный с хищной улыбкой Рудольф производит впечатление человека, уверенного в себе. Насмешливый взгляд голубых глаз привлекает, сковывает волю и вынуждает собеседников подчиняться этому обаятельному молодому человеку. Лёгкая походка, выверенные жесты и аристократическая изысканность черт приковывают взгляды, Рудольф создан, чтобы нравится абсолютно всем: молоденьким девушкам, солидным панам и старикам, находящимся под его опекой.
Потомок графского рода, он всегда дорого и со вкусом одет, туфли начищены, а небольшая щетина и некоторая небрежность в одежде и повадках только придают его облику шарм. Терпкая горечь парфюма в сочетании с ироничной полуулыбкой и слишком низким для его сложения голосом очаровывают собеседников.

4. Характер
Бретёр, позёр на грани благопристойности. Придирчив к людям, сноб, но при этом очень раскованный и лёгкий в общении человек. Острослов и умелый льстец. Его комплименты порой полны язвительной насмешливости, но чаще за этим откровенное желание заставить собеседника улыбнуться, расслабиться, довериться. Рудольф любит слушать больше, чем говорить, однако при необходимости умеет быть красноречивым и убедительным. Он наблюдателен, обладая изворотливым умом, подчас манкирует моральными принципами, ловко оборачивая ситуацию с выгодой для себя. Его самоирония и внезапная откровенность могут быть приняты за чистую монету, но где будет проходить грань в  глумление над чужими чувствами или над самим собой, ведомо ему одному. Со снисходительным любопытством он относится к глупцам, активистам всех направлений, воинствующим простолюдинам, фанатикам и истерикам.
Рудольф недоверчив, но азартен, и всё же, понимая, что заступил за грань, уже не отступит. Болезненно переживает поражения, но в силах обуздать свои чувства и скрыться за непроницаемой маской вежливости или улыбкой. Он расточителен, умеет хорошо повеселиться, сладострастен. Боится проявить слабость, порой слишком замкнут, чтобы сподобиться и поговорить по душам. Горд, но спокойно пожмёт руку своему палачу. Заслуженная победа, пусть даже врага вызывает у Рудольфа уважение.

5. Ориентация
Бисексуал. Теша своё развращённое сладострастие может улечься в постель с подростком, жирной дамой, склонной к агрессии, или старым паном, которому и в девяносто хочется потрогать за член молодого любовника.

6. Биография
Рудольф никогда не забывал ни о своём происхождении, ни о том, что родовое наследие фамилии Чёрных накладывает определённые обязательства на всех своих потомков. И, хотя, рождён мальчик был в советской Чехословакии, но в семье от него с малолетства требовали большего, чем от его сверстников. Культура достойного аристократического семейства подразумевала не только права, но и обязанности. Отец учил, как следует обращаться с кровным превосходством, а Руди впитывал, как губка. Не грубить, не проявлять истинных чувств, не быть заносчивым, ленивым, упрямым, ведь всё что годится простолюдину, не к лицу наследнику графского рода. Иностранные языки, этикет, фехтование, танцы, первоклассные репетиторы и никаких капризов. Разбил в кровь колени, упав с велосипеда, не смей хныкать: это удел черни, оплакивать свои неудачи. Получил высокую оценку за свои знания, изволь поблагодарить учителя, признай его ум, и он будет с благолепием благодарен тебе за это. Отвечай за свои слова, поступки и решения. Это даже не наука, а образ жизни, который для Рудольфа стал понятен с юности. Он был бунтарского склада характера в те годы, всерьёз ссорился с отцом, наперекор его воле после школы уехал в Англию, где устроился на корабль простым матросом, желая удовлетворить свою страсть к приключениям и самостоятельности. Правда через два года он вернулся; возмужавший, битый жизнью, циничный и развязный, но уроки отца он вызубрил накрепко, и потому всё пережитое за годы своих путешествий не вспоминал, не жаловался, полученным опытом не хвалился, и спокойно признал, что самостоятельность его обошлась боком. После он служил в армии в подразделении военной полиции, затем снова уехал в Англию, но на этот раз учиться в Оксфорд. Совмещал обучение на кафедре истории и маркетинга, получал стипендию, был выпускающим редактором студенческой газеты и крутил романы с однокурсницами. Внешне Рудольф ничем не отличался от своих друзей-приятелей, если не считать одной особенности: за всеми выходками, что нарушали покой благопристойного городка, чаще всего оказывался именно он. Чёрный не именем, а душой, так однажды сказал ему духовный наставник, а молодой человек лишь пожал плечами. Рудольфу было скучно, и он искал развлечений.
После окончания учёбы карьера в фирме отца ему была обеспечена, но повинуясь каким-то своим порывам, наследник внезапно принимает предложение поработать преподавателем в одной из частных школ в графстве Саффолк. Туда молодой учитель уже прибыл под фамилией Либшер. Уединённая местность, особняк в викторианском стиле, прелестные ученики не произвели на Рудольфа сентиментального впечатления, напротив, оказалось, что всё это лишь декорации к его замыслу. А замысел был прост: организовать закрытый Клуб идолопоклонников и, растлевая детские умы и тела, доказать своему духовному наставнику, что чернота души свойственна даже невинным. В Саффолке Либшер познакомился с теми, кто разделял его одержимость к развращению молоденьких адептов, и с теми, кто из-за этого стал его заклятыми врагами. Рудольф упивался своей властью и тем, что вытворяли под его чутким руководством подростки, вседозволенность была полнейшей, и это пробуждало в детях настоящих зверят. Одна из многочисленных оргий однажды закончилась смертью мальчика, и это возбудило подозрение, что Клуб любителей истории занимается чем угодно, кроме изучения истории. Тогда Рудольфа арестовали, и он был вынужден обратиться к старшему брату с просьбой о помощи. Впрочем, ни один из влюблённых в своего наставника питомцев не выдал правды о том, что же действительно творилось в Клубе, и это во многом облегчило положение проштрафившегося учителя. Инсинуации родителей погибшего мальчика Рудольфа не волновали совершенно, и совесть его не беспокоила. И всё же из Англии пришлось уехать и теперь уже плотно обосноваться в Чехии. Начинать карьеру в тридцать лет, казалось бы, поздно, но связи решали многое, и свою долю наследства пан Либшер вложил в сеть привилегированных домов престарелых, с головой уйдя в бизнес, который оказался золотой жилой. Неуправляемые, капризные, вздорные старики приносили своим родным массу хлопот, не желая переписывать завещания или слишком задерживаясь на этом свете. Рудольф с присущим ему чувством юмора умело решал все проблемы. Ему снова было скучно, и он снова развлекался, как подсказывала ему извращённая фантазия. Его подопечные души в нём не чаяли, и мужчина отвечал им взаимностью.
После смерти отца он особенно сблизился со старшим братом, и хотя между ними не всегда складывались безоблачные отношения, но после приключения в Англии скрытничать о своих пороках было бы глупо, а чтобы закрепить более или менее установившийся братский мир, Рудольф вступил в Клуб. Охота его никогда не привлекала, но аукционы вызывали блудливый трепет. Кроме того, хороший раб, это недурная вещь, как для личного пользования, так и для того, чтобы побаловать своих старичков. Особенность элитарных домов престарелых в том, что постояльцы могут ни в чём себе не отказывать, в том числе и в молодых любовниках.
Рудольф не женат, но у него есть внебрачный сын, что обитает где-то в Англии (последствия вольной моряцкой жизни), как дядя Чёрный-младший, конечно не образчик, но искренне привязан к своим племянникам и при каждом удобном случае с удовольствием проводит с ними время.

7. Статус
Владелец сети элитарных домов престарелых.

8. Пробный пост
Утро только толкнулось сквозь мутное от испарины окно. Рудольф стоял у зеркала и завязывал галстук. Сегодня он был чисто выбрит, и надел костюм, ведь предстояло идти на похороны, и это требовало соблюдения формальностей:
-Ты когда-нибудь убивал, Рудольф?
Звучный голос был хриплым после секса. Либшер машинально провёл пятернёй по волосам, зачёсывая выбившиеся пряди назад, словно задумываясь над вопросом, потом обернулся к любовнику, который и не думал подниматься из постели, ведь это была его постель, его комната, его огромный пентхауз. Для человека его состояния, возраста и склада характера квартира казалась небольшой. Рудольф подошёл к столу, налил в бокал остатки вчерашнего вина и подал мужчине:
-Да. Выпей. Твой голос меня возбуждает, - улыбка тронула губы, - а мне нельзя опаздывать.
Пока любовник посмеиваясь, пил вино, молодой человек успел разыскать запонки, обуться и распихать по карманам нужную мелочь:
-Расскажешь?
-Ничего особенного…помоги мне с запонками…Мне было восемнадцать по-моему, - взгляд голубых глаз смягчился, когда следил за проворными пальцами любовника, застёгивающего ему запонки, - так, глупый вышел спор с одним человечком, когда я выбивал собственную дурь, нанявшись матросом. Каким же надо быть глупцом, - опустил голову и тихо рассмеялся, будто вспоминая какую-то шутку, - я не о том парне, а о себе. Представь, обеспеченного чистенького барчука, которому пришлось хлебать из жестяной миски жуткую стряпню грязного кока, пахать от зари до зари, кормить блох на чудовищном торговом судне, и ещё отбиваться от ухажёров всех мастей на той посудине, на которой мы ходили в Штаты.
Придирчиво осмотрел плоды трудов своего визави и наградил его дружественным поцелуем в лоб:
-Доиграешься, - предостерегающе оскалился мужчина, и в его чёрных глазах мелькнула похотливая жадность:
-С нетерпением буду ждать вечера, - смешком отозвался Рудольф, поднимаясь с постели, и отряхивая брюки, и продолжая, как ни в чём ни бывало прерванную историю,  - в общем, я отравил того парня, который очень жестоко меня избил.
Голос звучал буднично, выражение лица не выражало ни сожаления, ни печали о содеянном. – Он дал мне неделю срока, чтобы я приполз к нему и почтительно раскаялся в своём, как он это называл «высокомерии ублюдка», если же я откажусь, то он сделает меня калекой, а мне ох, как не хотелось больше сломанных рёбер.
-Что же ты сделал? – с искренним интересом спросил  пан, энергично поднимаясь и натягивая халат. Взгляд, несмотря на его полтинник, был пытливым, ясным, а движения стремительными:
- Пришёл к нашему врачу и попросил мышьяку, дорогой.
Черный, как уголь взгляд встретился с чистотой небес. Мужчина сглотнул.
-Тебя не заподозрили?
-Они знали, что это я, но нравы были такими, что ребята знали о круговой поруке не понаслышке. Кроме того, им понравилось, что я не дал дёру или не согласился лечь под бедолагу. Да, покоится душа его с миром.
Рудольф говорил спокойно, хотя на какой-то миг черты его лица заострились, и в углах губ застыла жёсткая улыбка:
- Предупреждая твой следующий вопрос: да, с доктором мне пришлось расплатиться, но рука руку моет, дорогой. Я не жалею об этом.
И вновь чело разгладилось, и молодой человек в свойственной ему несерьёзной манере запечатлел на щеке любовника лёгкий поцелуй и стремительно покинул спальню, на ходу тихо посмеиваясь и соглашаясь на его рык: 
-Доиграюсь, доиграюсь, подожди у меня вечера…

9. Как часто будете появляться
Регулярно.

10. Связь
ЛС

0

2

Вы приняты, добро пожаловать.

0


Вы здесь » Прага » Персонажи » Рудольф Либшер, член клуба